Shaman King: The Third

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Shaman King: The Third » Личные эпизоды » Интим и гербалайф не предлагать


Интим и гербалайф не предлагать

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

Участники: Erica Mancini, Helen McKorrigan
Место: США, Чикаго, кафе San Lazaro на окраине города
Время и погода: 04 августа, 23:15; на улице, как это всегда это бывает в городской местности, не видать ни единой звезды, воздух слегка прохладный
Описание:
Кафе San Lazaro занимает особое место в жизни Эрики и Хелен. Каждая из них стала завсегдатаем маленького уютно кафе, найдя в нём своё особое очарование и не желая расставаться с ним. Часто пересекаясь здесь бессонными ночами, они периодически замечали друг друга, но так и не завели знакомство, наслаждаясь собственным уединением.
Кому-то из них должно было "повезти" нарваться на человека, который непременно захочет нарушить это уединение. В этот раз не повезло Эрике: незнакомый мужчина резво присел к ней за столик и начал  активно пытаться заманить молоденькую девочку экстравагантной внешности в свои сети, очевидно, рассчитывая на удачное завершение вечера в постели. Эрике такой расклад не нравился, но все её попытки избавиться от назойливого знакомства раз за разом терпели крах.
Итальянке определённо необходим был рыцарь, который спасёт её из этой ужасной ситуации. И пусть в этот раз рыцарь будет с титьками — ну и что?

0

2

Итальянка искренне жалела о том, что вышла на улицу сегодня. Прогулка не задалась с самого ее начала, когда какой-то ребенок, зазевавшийся во время глазения на ее волосы, уронил мороженое ей на ногу. Ребенок, правда, тоже пожалел о том, что так вылупился на незнакомку. Нет-нет, детей Эрика не била и не убивала. Ну ладно, убивала. Взглядом, как и этого. Тот, сконфузившись, поспешил догнать своих родителей, а она отправилась к ближайшему магазину. Спустя двадцать минут сплошного итальянского мата и две пачки влажных салфеток, ноги и босоножки оказались очищенными от шоколадного рожка.
  Более-менее восстановив хорошее настроение, она возжелала отправиться на ужин в San Lazaro, которое успела полюбить за время своего пребывания в Америке. Отдаленный район, приятный дизайн, вежливые работники и вкусные десерты… Идеальное место для восстановления душевного спокойствия. Да и с ближайших  к нему многоэтажек открывался чудесный вид на район, который не отличился криминальностью.    Ввиду всех перечисленных достоинств, Эрика предпочитала это место своей квартире, в которой вечером можно было разве что на Эцио посмотреть, а это развлечением назвать язык не поворачивался.
  Дождавшись свой автобус, она села у окна и задремала. На тот момент, когда она в него садилась, транспортное средство было пустым и, казалось, ничто не помешает ей добраться до конечной остановки, от которой до заветного кафе не так уж и далеко, но не тут-то было. Незадолго до места назначения, когда счастье было так близко, ее разбудили чьи-то вопли о неуважении к матерям с толпой орущих детишек, и о хамской молодежи. Как оказалось, хамкой была спящая Эрика, которая не удосужилась проснуться и предложить этой женщине свое место. То, что рядом с ней сидел крупный мужик, который сидел с краю и который просто молча пялился на эту тетку всю дорогу, и что попросить сгинуть можно было бы его, возмущенную мать не волновало. Она выразила свою гражданскую позицию и осталась довольна.  Решив, что с дураками связываться – себе дороже, Эрика молча покинула автобус, нечаянно стукнув сумкой одного из детей.
  Америка шаманке категорически не нравилась – город, может, сам по себе и неплохой, но эти вечные стычки то с борцами за права мамаш, то за права негров, то за права мамаш-негров, то столкновения с  толпами феминисток… Эта вся гражданская общественность Эрику очень сильно угнетала. Ну вот чего им на месте не сидится? И ведь слова лишнего не скажи! Не вовремя открыла рот – и вот ты уже прогнувшаяся под мужиков расистка, плевавшая на общество, безработных, и еще кучу народа… Зато про право на самовыражение, на которое Манчини давила, когда уставала от критики за свои волосы, все как-то благоразумно забывали. И эта двойственность раздражала. 
  И вот, спустя два километра пешей прогулки на каблуках перед ней предстает заветное здание.  Дурное настроение как рукой сняло, когда она вошла внутрь и уселась за свой любимый столик в ряду у окна. Приветливая улыбка официанта, спешащего к ней с меню, окончательно растопила айсберг ненависти к миру в ее сердце. Во всяком случае, на время пребывания здесь.  Заказав свой любимый лаймовый пирог, Эрика мечтательно улыбнулась, глядя куда-то вдаль сквозь зал.
- Я готов отдать все, что у меня есть за ваш взгляд, - произносит рядом какой-то слащаво-вдохновленный голос, заставляющий девушку вздрогнуть. Она и опомниться не успела, как рядом с ней уселся мужчина лет около тридцати-сорока на вид, с небольшими залысинами. Одет был неплохо, да и парфюм у него, судя по запаху, не из дешевых был. – Представьтесь же мне, прекрасный ангел.
«Эээ, не. Это мы уже проходили. Сейчас начнется «люблю, трамвай куплю, на яхте покатаю»… А потом начнет руки распускать… Тьфу! Что за день?» - одарив мужчину тяжелым взглядом, заключила Эрика, поправляя прическу.
- Марион Сесиль Фиона Киара Анна-Мария Люсиль Айджима, - быстро произнесла она, очаровательно улыбнувшись. Обычно после этого все ухажеры, не в силах повторить хотя бы первые два имени, смущались и скрывались в тумане, но…
- Какое прекрасное имя! Ты, должно быть, принцесса? Ведь лишь у истинной аристократии встречаются носительницы столь длинных имен!  - мужичок  засиял и лишь вдохновился пуще прежнего. – Официант, принесите виски для меня, а прекрасной даме… Чего вы желаете?
- Яду. Ударную дозу… - негромко проворчала девушка, надеясь, что он ее услышал. Но нет, ей все еще требовалось ответить. – Текилу. Двойную.
- А теперь, пожалуй, мой черед представиться. Майк Джеймс Пигфорд, владелец сети ресторанов по всему штату, бизнесмен, сдаю в аренду здания в центре города, - вальяжно рассевшись заявил он, нарочито медленно доставая визитку из бумажника.
«Мужик, зря стараешься. И толще кошельки видела, так что ты меня на понт не возьмешь…»
  И тут к столу приблизился официант с пирогом и напитками. Эрика, не будь дурой, сразу же схватила свой стакан и поставила  рядом с собой. С такими мужиками глаз да глаз нужен. Возьмет да и подсыпет чего… А судя по его разочарованному лицу, скорее всего собирался.
Эрика лишь сделала глоток, в ответ на его хмурый взгляд и поморщилась – не по вкусу пришлась ей текила, отчего она поспешила закусить ее пирогом.
- Я начинал с самых низов, работал за копейки, встречался с разными людьми…
  Эрика даже вид делать не стала, что слушает. Она просто молча поглощала пирог, периодически запивая его мексиканским напитком, высматривая в зале хоть какую-то надежду на спасение, и вот в толпе показалось знакомое лицо.  Синеволосая девушка, кажется, тоже ее узнала.
- … И вот тогда-то я и заработал свой первый миллион, - с легкой ноткой ностальгии, перед этим мечтательно вздохнув, закончил свой рассказ мужчина, с торжеством поглядывая на Эрику. Та же лишь приподняла брови и усмехнулась, но получилось это у нее как-то печально. Сейчас все ее внимание привлекала та незнакомка, что задержала на ней взгляд.
«Спаси меня». - Мысленно позвала она девушку, не отводя от нее глаз.

+1

3

— Огоньку не найдётся?
Дёрнув головой и словно придя в себя из забытья, Хелен моргнула и увидела стоящего перед собой мужчину с закушенной во рту сигаретой, неловким просящим взглядом поглядывавшего на зажигалку, которую девушку держала в руке. Конечно, он уже понял, что огонёк у неё найдётся, да только поделится ли она с ним?
— Конечно, — согласилась МакКорриган, лёгким движением большого пальца откинув крышку и выпустив широкую струю огня из зажигалки. К поднятому на уровень лица огоньку мужчина тут же подставил сигарету, замерев на пару мгновений, чтобы позволить той загореться.
— Спасибо, — с явным облегчением произнёс он, сделав первую затяжку и удалившись так же внезапно, как и появился. Задерживать взгляд на незнакомце Хелен не стала, и даже к попытке выдать маленькое предсказание в этот момент у неё не было интереса. Со звоном захлопнув крышку, она побрела дальше.
После злополучной, но на удивление весёлой попойки пару дней назад, когда ей удалось выпустить пар на отбитых парнях, не чувствующих меры, Хелен на какое-то время повеселела, но реальность то и дело била её по хребту, заставляя накидывать хмурую маску. «Пошла ты…!» — говорила Хелен реальности, но та раз за разом отвешивала щедрые пощёчины, напоминая о том, что жизнь вдали от безумного дома не так сладка на вкус, как казалось поначалу. Да, конечно, от ежедневного давления со стороны родственников она избавилась, но нервотрёпки теперь стало немногим меньше. Думать приходилось не только о том, как ей самой прожить в этом чёртовом мегаполисе, но и о том, чем кормить и куда деть Фитцпатрика, чтобы он при этом не чувствовал себя брошенным. Работа, счета, куча неразрешимых бытовых вопросов — всё это изводило Хелен, и каждую ночь она слонялась по городу в поисках тихой гавани и любого развлечения, которое могло как-то скрасить дневную рутину. Только такими прогулками она и держалась в последнюю неделю, только разгульным и по-настоящему свободным дыханием ночи она и жила.
Знакомый мягкий свет огней San Lazaro — как спасительный маяк среди чёрного непроглядного моря, и Хелен не замедлила последовать на его зов, случайно забредя в парковый кустарник и столкнувшись с железной оградой, больно уткнувшейся ей в пояс. «Проклятая темнота», — выругалась про себя МакКорриган, резво поднявшись и с трудом удержавшись от того, чтобы не наказать не вовремя подвернувшуюся изгородь щедрым пинком. — «Даже фонари в этом чёртовом мегаполисе поставить не могут!»
Перемахнув через железный забор и оказавшись на освещённом тротуаре, Хелен в быстром темпе зашагала в сторону излюбленного кафе, опасаясь того, что любая задержка может стоить ей появления новых неприятностей. Нынче везение явно не сопутствовало ей в мелких делах, поэтому будить  ещё большее лихо шаманка не хотела совершенно.
Неловко поморгав первые пару секунд, когда она оказалась в кафе и привыкала к свету, Хелен бегло осмотрела зал и, приметив, что её излюбленный столик свободен, но пока что не убран, выбрала себе место напротив него, по пути остановившись у барной стойки.
— Хей! — позвала она, поставив локоть на барную стойку и сложив ладонь в кулак, по которой с улыбкой ударил своим кулаком скучающий бармен, явно обрадовавшийся её приходу. — Ну, что, как сегодня смена?
— Без тебя, Хелен, тут каждый день унылый, — со смехом ответил юноша, старый знакомый МакКорриган, с которым они успели неплохо сдружиться за то время, что она осваивалась в Чикаго. — Ты умеешь устраивать шоу.
— Ну, кто-то же должен, — пожала шаманка плечами, оправдывая этим своё буйное поведение. Не раз и не два становилась она участником всякого рода импровизированных соревнований и неизменно следующих за ними драк, после которых в полицию увозили всех, кроме неё — своевременно успевшей сбежать. Надо сказать, что в драки эти она вступала исключительно из благородных побуждений, считая, что  без неё справедливость не будет достигнута в полной мере. Хелен МакКорриган — герой, которого San Lazaro заслуживает!
— Тебе как обычно?
— Да не знаю, давай что ли пирожное какое. Сладкого хочу, не могу.
— А запить…?
— Колу диетическую.
Опешив, бармен настороженно уставился на Хелен, невозмутимо поглядывающую на зал. Словно бы заказывать диетические салатики и прочие изыски, присущие малахольным дамочкам, было для неё не в новинку.
— МакКорриган, тебе что, не по тому полушарию в прошлый раз заехали?
— Какой ты нудный, — рассмеялась шаманка, хлопнув по столешнице. — Шучу я конечно. Виски давай.
Нечасто в этом кафе ночью можно было застать наплыв посетителей: San Lazaro всё же пользовалось бо́льшей популярностью в дневное время. Однако в этот вечер сюда заглянуло непривычно много людей. По меркам привычного для одиннадцати часов количества занятых столиков уж точно. Удобно расположившись на кушетке и откинувшись на её спинку, Хелен сложила руки на столе, услышав из-под стола тихий львиный рык: Хольбану снова не хватало места.
— Эй, ну, что ты там копаешься, — заглянув под столешницу, шикнула шаманка, заметив, что её хранитель всё никак не мог устроиться и вертелся на месте, пытаясь принять удобную позу.
Всё бестолку: ножка стола была расположена слишком неправильно, чтобы здоровый лев мог удобно прилечь между ней и посадочным местом. Нечего сказать: никакого у проектировщиков уважения к духам животных не было. Но Хольбан, по всей видимости, был не сильно огорчён, потому как, выбравшись из-под стола, он тут же запрыгнул к своей шаманке и улёгся уже рядом с ней, положив лапы на колени и тыкаясь пышной гривой ей в нос. Впервые в жизни Хелен порадовалась тому, что дух-хранитель её был нематериален: такой вес на себе она бы попросту не выдержала, а от львиных волос отплёвывалась бы ещё неделю.
— Давай только не как обычно — литр в час, — с иронией и лёгким волнением посоветовал бармен, когда, лично поставив перед девушкой её заказ, взглядом указал на стакан виски. — Ты тогда становишься просто неуправляемой.
Что могла на это ответить Хелен? Только усмехнуться, хитро и азартно сверкнув глазами, да отсалютовать бокалом:
— Твоё здоровье.
Напиваться для Хел было не впервой: это был один из её любимейших способов проведения досуга. На душе после нескольких стаканов виски сразу становилось тепло и легко, чувство юмора и обаяние пробуждались в ней с ещё более невиданной силой, да и вся она начинала источать пылкость и харизму.  Могла ли она это делать без выпивки? Разумеется. Но с ней ведь было веселее. И быстрее.
Впрочем, сегодня подобные увеселительные мероприятия в её планы не входили — свежи ещё в памяти воспоминания о том, как она давеча мучилась от головной боли после похмелья. Сегодня она обойдётся лёгким вариантом. И пусть запивать пирожное виски — извращение, она всегда может наплести, что это её национальная традиция.
Хотя плести-то и некому было. Никто не проявлял к её персоне интереса, не бросал укоризненные или заинтересованные взгляды. Все были поглощены своими делами, все были увлечены собой, углубившись в собственные мирки. Все, кроме одной.
Встретившись взглядом с зеленоволосой девушкой, сидящей на другом конце кафе, МакКорриган сразу приметила в ней ещё одну постоянную посетительницу San Lazaro, с которой они часто пересекались здесь в одно и то же время. И если раньше она выглядела более менее расслабленной, то сейчас в её взгляде читались непередаваемые мучения, испытываемые ею, и явный зов о помощи, к которому, увы, все оказывались глухи. Переведя взгляд на сидящего к ней спиной соседа, неустанно о чём-то беседующего с незнакомкой, Хелен нахмурилась, поняв, что это он является причиной плохого настроения той девушки. «Значит, любим клеить цыпочек?» — с презрением подумала Хелен, вставая из-за стола и опрокидывая в себя последние капли виски. — «Тебя я с ней раньше не видела, а значит ты, лысый хрен, сейчас покатишься к чёрту».
Нарочито быстрыми, но при этом лёгкими и почти неслышными шагами направившись прямиком к замеченной ею парочке в компании растворившегося в воздухе льва, Хелен всего за пару секунд преодолела отделявшее её от зеленоволосой расстояние, остановившись за спиной её ухажёра. Сильная рука МакКорриган с глухим хлопком плюхнулась на плечо его пиджака, ощутимо надавив на него и вжав мужчину в кушетку, а сама шаманка, наклонившись к его лицу, вкрадчивым и угрожающе-уверенным голосом произнесла то, чего от неё ожидали меньше всего:
— Шёл бы ты отсюда, дядя. Она моя.

+1

4

- Ну, с первым-то все понятно, а как дальше как ты богатством разжился? – меланхолично поинтересовалась Эрика, допивая текилу и слегка улыбаясь.  Лучше сейчас спросить что-нибудь  самой, чем дождаться того момента, пока ее начнут расспрашивать. Сочинить левую биографию – дело недолгое, но раздражающее. Было бы ради чего стараться.
  Ей не впервые задавать этот вопрос. Как и не впервые наблюдать за этим блеском в глазах, когда собеседник начинает отвечать. Какое-то время это было своеобразным хобби, правда, уровень тогда был поменьше – отшивать нужно было не самих папиков с кошельками, а всего-навсего их глупых детишек.  Только вот у Эрики в глазах ни блеска, ни намека на него. Лишь чистое презрение. Какие же эти мужики  скучные. Каждый раз одно и то же… Только и ждут вопроса о деньжатах, чтобы распушить хвост и похвастаться.  Нет, оно, конечно так и должно быть – с давних времен самцы вертят хвостами перед самочками и окрасками между собой меряются, но черт,  почему это так убого получается у богатых выскочек? Нет в них ни романтики, ни драйва, ни фантазии.
  Пока мужчина продолжал радостно что-то втирать, итальянка доела пирог и усмехнулась. Отчего-то стало интересно, сколько бы прожил этот мужик, и сколько бы прожила она сама, если бы сейчас вдруг здесь объявился Эцио. Учитывая его собственнические чувства, проявившиеся в последнее время, мужик бы оказался покалеченным только за то, что усесться рядом посмел, не говоря уж о том, чтобы ляпнуть что-нибудь или намекнуть на продолжение банкета вне кафе.
  Но вместо него объявилась такая долгожданная синевласая красавица! У Эрики даже челюсть немного отвисла от того, насколько эффектным было ее появление. Казалось, будто она всю свою жизнь посвятила тому, чтобы научиться отшивать от прекрасных девушек таких уродцев. Грациозность ее движений, уверенность, естественность и сила, с которой она вжимает его в сидение, а главное…
—Она моя.
  Манчини еле сдержалась, чтобы не завизжать от восторга.  Голос и выражение лица  той девушки в этот момент... Прекрасно и непередаваемо.  И не только ее. Недоумение, гнев и искреннее ошеломление, украшающие сейчас лицо того мужчины тоже вызывали абсолютный восторг.  Такое зрелище редко где увидишь. И потому оно так ценно. Шаманка наслаждалась каждой секундой происходящего. Ради этого стоило пережить и мерзких детей, и истеричку в автобусе, и даже то раздражение, которое у нее вызывал этот человек.
  С радостной улыбкой Эрика вскакивает со своего места и приближается к спасительнице своего вечера. Она кладет руку ей на бедро и осторожно тянет за собой, на свой диванчик.
- Ну-ну, милая, не ревнуй. Этот дяденька тут мне историю успеха рассказывает. Ты знала, что если мы с тобой вложимся в его бизнес, то через год обзаведемся первым миллионом? – усадив девушку, восторженно произносит итальянка и располагается рядом. – Официант, нам с мужчиной повторить, а моей принцессе как обычно!
  - Сейчас будет! – отзывается голос из центра зала.
  - Вы продолжайте, не стесняйтесь! – Эрика кладет чужую руку на стол и, сжав ее, довольно жмурится, попутно наблюдая за тем, как у мужика отвисает челюсть. Они молчат, и он молчит.
  «Божечки, надо же, какой стеснительный попался!» - разочарованно вздыхает шаманка,  продолжая сверлить полулысого взглядом.
  - Ааа… Кхм… Вы… - растерянно что-то лепечет он, нервно сглатывая. К столу в это время приближается официант и оставляет  поднос с напитками. Кивнув ему с вежливой улыбкой, Манчини вновь обратила к мужчине свой тяжелый взгляд. Тот залпом опустошает свой бокал и негромко продолжает. – Вы из… Этих?
  - Ну, если под этими вы подразумеваете девушек, связанных романтическими отношениями, то да, из этих, - ухмыльнувшись, отвечает она.– А вы, я так понимаю, из тех, кто считает, что ему даст любая девица, стоит ей только кошелек показать? Разочарую – нам с вами не по пути. Ну и будем честными, кошелек ваш убог, эта коллекция уже года три как неактуальна, а распихивать визитки между купюрами, увеличения объема ради, и я умею.
  Эрика смеется и смотрит на мужчину торжествующим взглядом.  Тот от смущения и ярости, казалось, взорваться на месте готов. Кажется, он хотел ей что-то ответить, но не смог найти слов, и потому лишь открывал рот, как выброшенная на берег рыба. А после и вовсе хлопнул ладонью по столу и быстрыми шагами умчался к барной стойке. Проводив его взглядом до выхода, девушка, наконец, выпустила руку спасительницы и пододвинула к ней бокал.
- Ты прекрасна! Я готова еще раз выслушать его бредятину, чтобы снова услышать это «Она моя». За тебя! – шаманка стукнула свой стакан о стакан синевласой и разом отпила треть содержимого.  – Рада познакомиться, я – Эрика. Ты не представляешь, как выручила меня сегодня. Спасибо тебе.

+1

5

Эффект, произведённый решительными и довольно неожиданными действиями Хелен, был поистине бесценен. Незнакомка при виде шотландки буквально просияла, заметно оживившись, на что МакКорриган хитро подмигнула ей и тут же приняла строгое выражение лица, которое должно было напугать мужчину, который сам по себе был не первой свежести и явно не подходил молодой особе.
— Ты что, оглох? — тряхнув его за плечо, повторила Хелен, за что была награждена целой гаммой отразившихся на его лице эмоций. От гнева до смущения, от недоумения до досады. «Вот это букет!»Я сказала, провал…
— Ну-ну, милая, не ревнуй.
Взглядом строгого и непримиримо ревностного любовника посмотрев на девушку, явно решившую поддержать игру МакКорриган, шаманка смерила оценивающим и вызывающим взглядом своего якобы «конкурента», после чего, сочтя его неспособным что-либо противопоставить ей, позволила усадить себя за столик. 
— Ты знала, что если мы с тобой вложимся в его бизнес, то через год обзаведемся первым миллионом?
— Если мой кулак вложится в его физиономию, это будет считаться стартовым капиталовложением? — ворчливо поинтересовалась Хелен, не сводя взгляда с опешившего и мигом почувствовавшего себя не в своей тарелке мужчины.
Рука её как-то легко и непринуждённо оказалась сжата рукой сидящей рядом девушки, и Хелен, изобразив, будто подобное действие было ей вполне привычно, скрестила свои пальцы с пальцами незнакомки, подложив другую руку себе под подбородок. Хитрый взор её карих глаз, в котором явно отражалось её чувство превосходства над этим мужчиной, постепенно начал зажигаться искрами веселья. Наблюдать за тем, как солидный дяденька в пиджаке пухнет от волнения было слишком занимательно, чтобы Хелен могла от этого отказаться. «Может, мне её ещё и поцеловать?» — со смешком подумала шаманка. — «Его же тогда совсем разорвёт».
На некоторое время отвлекшись от созерцания ошарашенной физиономии, Хелен заметила не менее шокированное выражение на лице своего друга, активно жестикулирующего ей из-за барной стойки. Мол, «чувиха, что ты, чёрт возьми, творишь?!». Происходящее явно взорвало ему мозг, судя по тому, как он тряс руками возле головы, на что Хелен ответила игривым подёргиванием бровей, мол, держись, чувак, всё только начинается.
— Ты могла бы просто сказать ему, чтобы он катился к чёрту, — картинно закатив глаза и откинувшись на спинку дивана, раздражённо выдохнула Хелен. Однако уже через секунду она снова выпрямилась, приблизившись к девушке и двумя пальцами взяв её за подбородок. — Или мне непременно нужно каждый раз выслушивать, как ты сюсюкаешься с ними? Ты же знаешь, моё терпение не бесконечно.
Судя по всему, выражение надменности, смешанное с пылкостью её слов, стало последней каплей в чаше терпения мужчины, потому как он не замедлил вскочить со своего места и унестись прочь. Краем глаза проследив за его движениями, Хелен расплылась в победной улыбке, а когда мужчина уже на выходе бросил в их сторону последний дикий взгляд, шаманка, отпустив подбородок своей «возлюбленной», отправила мужичку воздушный поцелуй, который очень быстро трансформировался в дерзкий жест средним пальцем.
— Это было просто, — рассмеялась Хелен, отстранившись от девушки и чокнувшись с ней бокалами. — Видела, как у него задница загорелась? Словно он решил, что мы будем кувыркаться прямо здесь.
Бодро отпив виски и оставив ещё немного плескаться на дне, девушка хмыкнула, силясь унять знакомое покалывание в носу.
— Меня зовут Хелен. И, да, не за что. У тебя был настолько жалостливый вид, что я просто не могла не прийти и не разбавить вашу тухлую тусовку, — смакуя свой триумф, шаманка удобно расположилась на диване, закинув ногу на ногу. — Судя по всему, нам обеим нечем заниматься по ночам, раз уж мы тут постоянно пересекаемся. 

+1

6

- От того, как у него заполыхало, здесь даже жарко стало! – продолжая смеяться, Эрика картинно начала обмахиваться лежащим перед ней меню. Черт его знает, что дернуло ее не отшивать мужика самой, а позвать на помощь знакомую незнакомку, но это явно было не зря. – Да какое там кувыркаться? Мы за ручки взялись, а он уже чуть не умер на месте… Но черт, от того, как ты схватила меня за подбородок, даже я чуть не откинулась!   Это такое чувство… Чертовски крутая смесь очарования и мастерства. Ты практиковала подобные спасения раньше? – восторженно поинтересовалась итальянка, поправляя волосы.
  И это действительно было так. Очарование и уверенность Хелен  сражали наповал. Да, что ни говори, а судьба – вещь достаточно занятная. Сколько бы еще вечеров они встречались в этом кафе, продолжая изредка кидать друг на друга заинтересованные взгляды, если бы их не свел случай в лице этого богатого зануды? Но какая теперь разница?  Эрика была абсолютно уверена в том, что экстравагантный способ знакомства – это только начало, и дальше будет веселее. Предвкушая хороший вечер, она опустошила стакан еще на треть.
  - Нууу… Я бы не сказала, что совсем уж нечем.  Пожалуй, в этом городе ночью можно найти множество приключений! – Девушка на секунду нахмурилась. – Но эта Америка – редкостная дрянь, скажу я тебе! Это кафе – чуть ли не единственное понравившееся мне место.  Куда ни плюнь – то борец за права белых, то за черных, то еще за какую-нибудь херню… Я вот, например, недавно напоролась на интереснейшего эксгибициониста, показывающего из под плаща скелет.  Вроде как и весело, а вроде как и бесит. А здесь уютно и спокойно. Потому мне здесь нравится бывать.
  Эрика замолчала, задумчиво вращая в руках бокал. Текила под ее пристальным взглядом весело плескалась внутри, словно небольшое цунами, спастись от которого воображаемым жителям было невозможно. Из замкнутого пространства не сбежать. Волна будет перекидывать тебя от одной стеклянной грани к другой, но на волю не выбраться. А в конце все утихнет, и от тебя даже напоминания не останется. Девушка разочарованно вздохнула и закусила губу. Мысли плавно начинали перетекать от абстракции к конкретике собственной жизни.  Вот еще чего не хватало! Мгновение – и от бури в стакане остается лишь пара капель.  Разогнав тлен этим жестом, итальянка решила полакомиться еще чем-нибудь.  Впрочем, выбирала она недолго, решив заказать то, что обязательно должно было найтись здесь.
  - Уважаемый, чизкейк и кофе с коньяком! – окликнула она проходящего мимо официанта. Тот покосился на стакан от текилы, и, пытаясь скрыть свое недоумение от  смены  Эричьих приоритетов,  поспешил его забрать, после чего скрылся на кухне.
  - Но, при всех своих недостатках, есть у этой страны свое преимущество – я здесь на свободе. Ну, как на свободе… - Эрика прикусила губу и на полминутки замолчала, оценивая свое текущее положение. Действительно, своей жизнью здесь распоряжается она самостоятельно, но материальное ее обеспечение по-прежнему лежит на родителях, а в итоге все закончится уже заранее подготовленной концовкой. Сложно. – Хм… Пожалуй, это как в золотой клетке сидеть. Вроде как и все три сотни удовольствий принадлежат тебе, но ты заранее знаешь, чем это кончится и что из всего получится.
  Только итальянка закончила со своей мыслью, как у стола нарисовался официант.
  «Этому парню я снова оставлю хорошие чаевые. Он как всегда оперативен. Не зря я его в любимчики записала!» - отметила девушка, улыбаясь парню, подоспевшему с заказом.  В этот раз он принес ей чизкейк с клубничным топингом. А почему бы и нет?
  Эрика подцепила на ложку кусочек, обмакнув его в сироп, но прежде, чем она собралась его съесть, в голову пришла интересная мысль, реализация которой не заставила себя ждать.
  Подставив руку с салфеткой под руку с десертом, на случай его падения, она протянула его к лицу Хелен и улыбнулась, по-кошачьи щурясь:
  - Хочешь?

+1

7

— Ты практиковала подобные спасения раньше?
— О, нет, это чистая импровизация! — картинно, подобно кинозвезде, отмахнулась Хелен.
И не соврала. В этот раз — впрочем, как и обычно, — она действовала по обстоятельствам, на удивление легко вжившись в роль и с удовольствием исполняя её. Случалось ли ей и прежде выручать кого-то подобным образом? Вот уж нет. По правде говоря, она не была уверена, что в иных обстоятельствах помчалась бы какой-нибудь девушке на помощь. К примеру, скучающая разукрашенная фифа точно не пробудила бы в ней благородных порывов. Но Эрика не производила впечатления очередной дурочки, мечтающей подхватить себе принца побогаче с конём, чьи лошадиные силы будут переваливать за 400, а цена — за миллион.  На лице её не виднелось тонны цветастого маникюра, а грудь не вываливалась из одежды, словно говоря: «Покажи мне золотую карту, и я сама прыгну тебе в руки». И поэтому МакКорриган не прошла мимо, а поспешила ей на выручку. Нормальные люди должны помогать друг другу в беде.
— Эксгибициониста? — повторила шаманка, иронично изогнув бровь. — К каким только странностям ни приходится привыкать. Я тоже не местная. Приехала из небольшого городка в Шотландии, в мегаполисах с роду не бывала. Раздолья тут, конечно, такого нет, как на родных холмах, но развлечений можно при желании найти не меньше.
Пожалуй, не всё было так плохо в её жизни на родной земле. Шотландию Хелен  по-настоящему любила. Прекрасная живописная страна, пусть и входящая в состав Соединённого Королевства. Страна раздольная, в которой есть, где развернуть крылья, страна, холодный воздух которой хочется вдохнуть полной грудью, задержав подольше в лёгких. Сырая, туманная, волшебная страна. Пожалуй, если Хелен случится погибнуть на Турнире, последние мысли её непременно будут о Фитцпатрике, но перед глазами у неё будет стоять картина тёмно-зелёных холмов, которые она с Хольбаном любила созерцать в пасмурные дни. Не будь в Шотландии злополучных родственников, с которыми девушке приходилось жить, она бы никуда и не уезжала.
Закинув голову и окунувшись в блаженные воспоминания, Хелен несколько лениво повернула голову к Эрике, когда та заговорила вновь. «На свободе? Выходит, у неё тоже не всё так гладко». Заложив руки за голову и посмурнев от этой мысли, шаманка довольно серьёзно произнесла:
— Мне право на удовольствия всегда приходилось выбивать силой, сражаясь за то, чтобы аркан на шее не превратился в петлю.
«Даже возможность попасть сюда я выгрызала зубами», — хмуро подумала Хелен, вспоминая, с каким трудом ей давались поначалу тренировки. Вспоминая, какой это был для неё ад. И ради кого она пошла на это, добровольно взойдя на плаху. «Поймёт ли когда-нибудь Фитцпатрик, что его сестра взирала на него всё это время из-под ножа гильотины? А может, он понял это уже давно?»
— Не скажу, что я здесь как сыр в масле катаюсь, но, когда никто не орёт тебе прямо в ухо, жизнь становится в разы спокойнее, — неожиданно бодро и с нескрываемой иронией добавила Хелен, чтобы снизить градус серьёзности.
Не собиралась она сегодня рассказывать свою грустную историю. Более того, она не собиралась вообще рассказывать об этом кому бы то ни было. Та боль, что жила внутри неё, была лишь её бременем. Она сама добровольно взвалила его на свои плечи и до сих пор шла с этим грузом уверенной поступью, шла, не ожидая ни от кого сочувствия или поддержки. Никакие слова не исцелят шрамы на её теле, никакие увещевания не сотрут из памяти картину приближающейся сырой земли и звонкий хруст ломающихся рёбер. Её собственных рёбер.
Так к чему вообще было говорить об этом? Фитпатрик — тот, вокруг кого сосредоточилась вся её жизнь, — и тот не знал всей правды. Ему, как и всем остальным, это было вовсе ни к чему. Ни родной брат, ни вообще кто бы то ни было больше никогда не увидят хнычущую страдающую девчонку. Перед ними всегда будет лев. И точка.
А кормить львов с ложечки, как известно, — довольно опасно. Такой свирепый хищник может из самых благородных побуждений ненароком и руку отгрызть. Но Эрика, по-видимому, этого не боялась, бесстрашно поднеся к лицу Хелен десерт на маленькой ложке. Вначале с сомнением покосившись на чизкейк, а после и на саму Эрику, МакКорриган слегка приподняла одну бровь в немом вопросе, но после вдруг неторопливо, словно крадучись, приблизилась к ложке, взяв её в рот. Слизнув с ложки весь кусок, девушка так же отдалилась, однако, на этот раз взгляд её был устремлён прямиком на Эрику. И было в этом взгляде что-то… Хищническое. Что-то, что было доступно только льву.
— Довольно неплохо, — совершенно невозмутимо отметила Хелен, выпрямившись.
И когда взгляд её от Эрики перешёл куда-то вперёд, перед ней на самом столе появился её хранитель, практически впритык уткнув к ней свою огромную морду. Грудное тихое рычание вырвалось из его груди, а усы пару раз дёрнулись вверх, когда Хольбан сверлили взглядом свою дерзкую шаманку. Наверное, подобное поведение Хольбана стоило расценить как предупреждение в духе «А ты сегодня больно игривая», но Хелен бесстрашно ответила на него смелым напористым взглядом. Решил потягаться с ней упорстве? Ха, очень зря. Уж если они не были одной крови, то дух у них точно был один на двоих.
Да только вот за своими гляделками Хелен совсем позабыла о том, что рядом с ней сидела Эрика, которая наверняка заподозрит неладное, увидев, что её соседка застыла на месте и ухмыляется неизвестно чему, словно собираясь бодаться с воздухом. До чего неловкая выйдет ситуация.

Отредактировано Helen McKorrigan (11-03-2016 12:39:52)

+1

8

Пожалуй, будь Эрика чуть-чуть трезвее, она бы испытала небольшое чувство стыда за свое поведение. Какой нормальный человек кормит едва знакомого с ложечки? Это ведь даже для беспардонных американцев слишком . Но… Сейчас  итальянке было абсолютно все равно. По какой-то причине она расценивала Хелен не как незнакомку, а как человека, которого она достаточно давно знает для того, чтобы так откинуть формальности. Интуиция ли послужила причиной этого, или же та частота, с которой они тут встречались – кто знает.  У девушки даже мыслей не возникало о том, что синевласая откажется. И действительно вышло именно так, как того хотела Манчини.
  Испытав глубокое моральное удовлетворение от наблюдения за тем, как Хелен съела предложенное ей угощение,  Эрика отпила кофе и тоже съела кусочек.  Сладость десерта и вкус кофе окончательно успокоили всю смуту в ее душе. Хрен с ними, с обязательствами, родственниками, ограничением и всем таким прочим. У нее впереди целый турнир, за время которого можно оторваться… Хм. А почему бы не начать сейчас?
  - Не меньше, говоришь?..
  Частично выпав из реальности и устремив суровый взгляд в никуда, шаманка как-то автоматически поглощала чизкейк, хмурясь и вспоминая те места, которые она еще не успела испробовать в этом городе. Магазины сейчас закрыты, но ощущения от покупок несколько не те, которых сейчас хотелось. Душа просила драйва, решительности и перемен, устроить что-нибудь этакое, что перевернуло бы обычный посиделочный вечер с ног на голову! Несмотря на пламенную любовь к San Lazaro, резко захотелось сменить обстановку, рвануть на встречу приключениям со скоростью света… В идеале на машине с открытой крышей, чтобы волосы пафосно развевались по ветру.  Уже рисуя себе в мыслях эту картину, Эрика резко прикусила щеку, отчего вышла из транса и звучно хлопнула по столу. Машины-то у нее нет!
  - Так значит, ты тоже устала от жизненной рутины и всяческих заморочек, вроде родительских команд? – Эрика задумчиво протянула фразу, продолжая смотреть куда-то вдаль. – И раз уж это право на удовольствие ты все же выгрызла, то почему бы не реализовать его на все сто, м? – Итальянка сделала большой глоток кофе и развернулась к Хелен, чуть этим же кофе не подавившись от удивления.
  «Самирааа, я совсем поехала с этой мексиканской дряни, или этого льва тут не было?» - потерев глаза, позвала девушка своего хранителя. Как знать, вдруг в этом кафе спирт паленый, и ей  уже всякая дичь мерещится? 
«Принцесса, это твое пристрастие начинает меня напрягать. Не спорю, расслабляться – это необходимо, но… В процессе очищения разума от мирских забот ты теряешь и необходимую информацию. Это же дух, самый обыкновенный».
  И в самом деле, судя по зрительному контакту льва и Хелен, ей это не пригрезилось. Да и Самир оказался более чем прав. Это был самый обычный (ну, как сказать обычный?) дух льва. В конце концов, чему тут удивляться, когда ты всю жизнь шаман? Ну материализовался дух, ну бывает, ничего страшного. 
  - А раз уже время твое наверняка ограничено рамками Турнира, не хочешь ли ты испробовать что-нибудь новое прямо  сейчас? – Проглотив последний кусочек, Эрика звонко стукнула ложкой о тарелку и отодвинула ее от себя, с явным намерением прямо сейчас отправиться навстречу приключениям. – Например, пойти в клуб и посоревноваться с кем-нибудь в грязных ирландских танцах? – Глаза шаманки горели, а в голосе было слышно воодушевление, несмотря на то, что в Ирландии  она не была ни разу, и об этих национальных танцах представление имела весьма смутное. – Или заглянуть в стриптиз-бар?.. Одна из афиш города обещала знойных красавцев! – Манчини рассмеялась и ушла рассчитываться, на время покинув Хелен, давая ей возможность переварить предложенные варианты или же придумать новые.
  Оставив официанту вполне приличные чаевые и закрыв счет, сияющая и восхищенная итальянка поспешила вернуться за Хелен. Она оперлась руками на стол и чуть наклонилась вперед, сокращая дистанцию между львом и девушкой. Подмигнув представителю кошачьих, мол, не волнуйся котенок, верну мамку в целости и сохранности, она обратилась к девушке, попутно хватая с диванчика свою сумку:
  - Так что, дорогая, куда мы?

+1

9

Прервав игру в гляделки со своим строптивым хранителем и повернувшись на звук глухого хлопка, Хелен на мгновение опешила от слов Эрики. Звучали они так, будто были выдернуты из какой-то рекламы: «устали от рутинных заморочек? Болит голова? Понос? Наше новое лекарство всего за 99 долларов и 9 центов избавит вас от всех недугов, снимет порчу, сглаз, сильный приворот...» Тяжело было сохранить серьёзное лицо после такой аналогии. МакКорриган, однако, сдержалась.
Предложение её новой знакомой интриговало девушку. Было в этом что-то авантюрное, будто бы Эрика предлагала прямо сейчас рвануть на покорение Эвереста без страховки. И хотя Хелен всегда помнила, что вести такой же разгульный и лихой образ жизни, как раньше, она больше не может, избавиться от беспечности ей никак не удавалось. Она должна была заботиться о Фитцпатрике, но вместо этого предоставляла его самому себе; она должна была сторожить его сон, сидя у изголовья, как любящая сестра, но вместо этого ночами исчезала по тёмным аллеям и барам; она должна была в слезах просить у него прощения, но вместо этого отвечала холодностью и рефлекторной грубостью на каждый его сочувственный взгляд. Она должна была помнить о том, что, если с ней что-то случится, он не выживет в этом огромном городе, в этом огромном мире один. Но она в очередной раз ввязывалась неизвестно во что, надеясь на то, что удача ещё не отвернулась от неё. Надеясь на то, что судьба пощадит если не её, то хотя бы брата, которому даже такая непутёвая сестра может служить опорой.
— Турнира? — непонимающе переспросила Хелен, и, бросив быстрый взгляд на насупившегося Хольбана, сообразила, встрепенувшись,— так ты шаман? Чёрт, не думала, что встречу случайно такого же шамана! Ты ведь не выслеживала меня? — на секунду Хелен подозрительно прищурилась, но по хитрой улыбке, мелькнувшей на её губах, было понятно, что она шутит. Думать о том, что эта зеленоволосая девушка специально следила за ней и подманивала, как добычу, ей не хотелось.
— Слышал, Хольбан? Мы с ней в одной лодке. И нам обеим завтра, возможно, придётся биться не на жизнь а на смерть. Так что всё будет в порядке!
Очевидно, подобные аргументы статный белый лев не считал весовыми: взгляд его глаз цвета расплавленного золота по-прежнему оставался непреклонно строгим и требовательным, а нос то и дело недовольно подрагивал вместе с кисточкой на длинном хвосте. Нечего сказать, ответственности у него было явно побольше, чем у его шаманки. Однако это вовсе не значит, что он из-за этого был занудным ворчуном. Напротив, даже не соглашаясь поначалу участвовать в предприятии, задуманном Хелен, он всё равно с душой отдавался процессу, если шаманка призывала его. Потому что твой настоящий друг, боевой товарищ, ринется и в огонь и в воду за тобой, даже если первоначально в его планы это не входило.
— Ну же, лизни меня, — улыбнулась Хелен, с закрытыми глазами подставляя льву своё лицо. И хотя Хольбан несколько секунд упрямо не двигался, изображая статую, он всё же приоткрыл пасть, выпустив из неё широкий розовый язык, который прошёлся по лицу девушки. Точнее — немного сквозь него. — Прекрасно, — довольно заявила Хелен, когда почувствовала едва заметное прохладное касание на своей коже. Воистину, перед обаянием этой женщины сдавался даже лев.
— Ну, значит так! — облокотившись на стол, МакКорриган вернулась к начатому разговору с Эрикой. — Значит, что у нас там? Стриптиз-бар! Самое то! На знойных красавцев я бы посмотрела, а учитывая, что в кармане у меня осталась болтаться от силы сотня долларов — последние деньги на неделю, — этим парням придётся постараться, чтобы заставить меня раскошелиться. Как думаешь, у кого-нибудь получится? — засмеялась Хелен, вставая из-за стола и направляясь к выходу.
Махнув на прощание рукой своему знакомому, она игриво двинула бровями в сторону Эрики, словно говоря тем самым: «смотри, я подцепила её, а ты — нет». Ожидаемая реакция в виде шокированного лица и различного рода жестов приятно позабавила девушку, и она звонко расхохоталась, изящно покинув двери кафе следом за своей спутницей.
— Ну, что, — уперев руки в бока, Хелен глубоко вдохнула прохладный воздух улицы, — дорогу покажешь?

0

10

- Поживем - увидим!
  Затея прогуляться по городу и забрести в  какое-нибудь увеселительное учреждение оказалась по достоинству оцененной, отчего Эрика просияла. Каждая минута этого вечера, начиная от того момента, как Хелен встала со своего места и отправилась к ней на выручку, и продолжая текущим, доставляла ей особое удовольствие. Непосредственное, яркое и манящее, схожее с тем, что испытывают дети, совершившие мелкую пакость и оставшиеся нераскрытыми.
  - Разумеется, - улыбнулась девушка и немного быстрым для обычной прогулки шагом направилась в сторону одного из домов. – Следуй за мной, дорогая.
  Это же чувство она получала от игры в парочку, которую завела Хелен для отвода глаз. Эрика чувствовала в синевласой родственную душу. Не нужны ей были ни пляски с песнями, ни красавцы, ни красавицы. Дух авантюризма – вот что она искала сегодня вечером, и Хелен для этого была самым подходящим компаньоном – недаром ведь персонал  San Lazaro слагал о ней легенды? Сказать же, что именно так будоражит ее, Эрика бы затруднилась. Может, это из-за того, что она, в какой-то, пусть и незначительной, степени замужняя девица, собирается поглазеть на парочку раздевающихся мужиков? Хотя какой от них толк, если их нельзя трогать? Просто сам факт того, что она может творить все, что в голову взбредет, не опасаясь порицаний и нравоучений? Вот это уже вероятнее. 
  - Выслеживать? – Итальянка усмехнулась.  Подобное вполне было в ее стиле, особенно учитывая специфику духа-хранителя и роль в семейном противостоянии. – Да брось ты. Не покажись твой пушистый друг на свет, я бы, может, и не догадалась… А может, и догадалась… Есть в тебе что-то близкое. Притягивающее…
  Эрика в очередной раз свернула за угол, и вот они оказались неподалеку от центра, а между ними и знойными красавцами оставалась всего-то пара сотен метров. Все же хорошо иметь возможность наблюдать за городом свысока. В голове автоматически откладывается схема улиц, позволяющая срезать путь до конечного места назначения.  Иногда, правда, дорога пролегает сквозь не самые спокойные места, но этот путь к таким не относился. Возможно, он был немного жутковатым из-за узости переулков, но шаманка была абсолютно уверена в его безопасности. Не раз возвращалась домой этой дорогой в темное время суток.
  - А вот и наша цель, - бодро указала девушка на угол одного из зданий, сияющего яркой неоновой отделкой. Самое то для привлечения засахарившихся невест в районе 30 лет. Они же на эту вывеску летели, как мотыльки на свет, о чем свидетельствовала вошедшая в дверь группа из нескольких женщин, заранее хихикающих и смущенно розовеющих в ожидании.  – Сейчас проверим, насколько они горячи и хороши, и насколько ты падка на мужчин.
  Зеленоволосая рассмеялась, взяв  Хелен за руку и заводя за собой в помещение. Ей и самой было ужасно интересно, что сейчас будет, ибо на афише красавцы выглядели действительно неплохо. Но реклама дело хитрое… И гнома в топ модель превратит, и столетнюю бабусю в коварную соблазнительницу.  Пройдя в зал, она устроилась на одном из диванчиков, стоящих в шахматном порядке, расположенных чуть подальше от сцены – первый «ряд» был крепко забит молодыми и не очень дамами разной степени нетрезвости, воодушевленно повизгивающих перед началом. 
  Взяв со стола меню, Эрика откинулась на спинку дивана, внимательнейшим взглядом его изучая. Кто бы ни делал это меню, он явно хорош – крепкий алкоголь, легкие закусочки – все условия для того, чтобы барышень развезло до того состояния, когда им ни о чем, кроме того, что прямо под носом, не думается.   А тут-то танцоры и сделают свое дело.
  - Как насчет того, чтобы на двоих заказать бутылку… Что ты пьешь? Цена, может, слегка завышена, но заказывать порциями – только деньги впустую тратить, - поинтересовалась Эрика, вопросительно взглянув на свою спутницу. Не успела она дождаться ответа, как к столу причалил официант с извечными вопросами. Оставив выбор за подругой, она отложила меню на стол. Увы, по ее скромному мнению закуски оказались слишком позорными, чтобы  их заказывать. И так сойдет!
  И только официант удалился, как на сцене появился какой-то мужик, с крайне честным лицом что-то втирающий про то, что шоу начинается, эти парни расплавят ваши сердца, а забыть их будет нереально. Итальянка лишь скептически приподняла бровь, когда после этих слов на подиуме показалась первая тройка красавцев.  О вкусах, конечно, не спорят, но тот, что ошивался по центру больше походил с ее точки зрения на крокодила. Но двигался и в самом деле неплохо.  Второй лицом на красавца смахивал сильнее, но слишком уж шаблонный – легкий загар, укладочка… Прямо как офис менеджер после отпуска.  Личность третьего же оставалась для шаманки загадкой, ибо его загородила орущая толпа тетушек из первого ряда.
  - Ну и как тебе первые впечатления? - стараясь перекричать музыку,поинтересовалась она у синевласой, словно желая убедиться, это она в мужиках не разбирается, или их наглейшим образом обманули?
  Продолжая следить за происходящим на сцене, Эрика автоматически открыла бутылку и щедро налила себе и Хелен, после чего залпом выпила стакан. Может, это поможет превратить темную лошадку, менеджера и чудовище в принцев?

+1

11

Не будь бдительность Хелен притуплена алкоголем, она бы наверняка решила, что ведущая её по подворотням Эрика задумала заманить МакКорриган в тупик и если не изнасиловать, то уж прирезать её там точно. Но, расценив, что её овчинка выделки не стоит, и что из кожи какой-то буйной шотландки подходящую сумочку для приезжей издалека девушки не смастеришь, Хелен махнула на это обстоятельство рукой, беспрекословно поверив своему проводнику. Хольбан, секунду назад следовавший рядом, растворился в воздухе, как только переулки сузились, но даже тогда шаманка ощущала его присутствие. А это значит, что он наблюдает за ней, охраняет, оберегает, и за сохранность своей бледной шкурки переживать не стоит.
— Ты уверена, что туда нас привела? — с сомнением протянула Хелен, проводив взглядом дам в летах, юркнувших следом за компанией молодых женщин. Именно женщин, а не молоденьких девиц. — Может, там какой-то шахматный клуб? На вывеске я тоже могу много чего написать.
Но отказываться от перспективы хорошо развлечься только из-за того, что взгляд будет из раза в раз цепляться за сморщенные и совершенно неуместные в помещении лица, Хелен не была намерена, поэтому отважно и решительно зашла внутрь бара.  В уши ей сразу же ударила заводная клубная музыка, но ритм её не был настолько диким, чтобы побуждать всех присутствующих к танцу. Напротив, музыка эта должна была служить подспорьем для танцоров, одновременно завораживая зрителей и заставляя их замирать в восхищённом трансе, лишь изредка подёргивая конечностями в такт томным движениям актёров. Самое то для подобного заведения.
Однако МакКорриган по-прежнему была настроена скептически, и, плюхнувшись на диван рядом с Эрикой, чтобы видеть сцену, принялась с интересом изучать окружение. Признаться честно, на родине ей не доводилось бывать в подобных местах. Городок у них был маленький, да и жила шаманка в частном загородном доме, поэтому на такие изыски цивилизации рассчитывать не приходилось. Была ли Хелен расстроена этим? Ничуть. Подобная жизнь открывала ей куда больше перспектив, чем мог дать один такой бар. Вместо того чтобы любоваться издалека на то, как танцуют с оголённым торсом случайные мужчины, она могла позволить себе эти торсы вдоволь трогать и щупать, если кто-то из её знакомых захочет покрасоваться перед ней. Причём совершенно ненавязчиво, легко, без обязательств и ответных любезностей. Даже денег с неё не просили. «Вот и стоило тогда уезжать?» — рассмеялась Хелен.
— Принесите нам виски, — не глядя в меню, ответила девушка. — Что у вас есть? Неси любой бюджетный вариант, — беспечно махнула рукой Хелен. Требовать сейчас традиционный шотландский виски не позволял бюджет. — Только не какой-нибудь мерзкий бурбон. На дух его не переношу.
Отослав официанта «туда, не знаю куда», «за тем, не знаю чем, только не бурбоном», Хелен вновь с интересом перевела взгляд на сцену, где под покровом искусственного затемнения уже начиналось выступление. Поначалу девушка была по-настоящему заинтригована, желая визжать от восторга от каждого пируэта, который её восхитит. В самом деле, насчёт танцоров она была настроена крайне оптимистично, надеясь, что чикагские мачо не подкачают и познакомят со всеми красотами Города Ветров так, что ради них сюда ещё захочется вернуться вместе со всей своей зарплатой. Но, чем дольше Хелен любовалась на происходящее с широко раскрытыми глазами, тем больше она разочаровывалась. Да, танцоры исполняли номера профессионально, движения их были плавными, томными, а порой наоборот страстными и дерзкими, но во всём этом чувствовалась какая-то фальшь, ненатуральность, приторность. И от сладости этих избитых движений, словно сошедших с экрана слащавого женского фильма, у Хелен спёрло во рту, отчего она недовольно поморщилась.
Ироничный и критичный взгляд её с танцоров то и дело переходил на зашедшиеся в восторженном визге первые ряды, зрительницы которых наперебой трясли своими бумажными купюрами в надежде, что именно их бумажке будет суждено мяться между мужскими булками, щедро смазанными автозагаром. «Я не удивлена, что здесь редко встретишь молодых», — тоскливо оглядев зал, хмыкнула Хелен, опрокидывая в себя стакан виски. — «Девушки на такое могут любоваться вживую, причём удовольствия от этого они получат в два раза больше. А этим только и остаётся, что добиваться иллюзорной возможностью познать мужские ласки». Что-то резко разонравились Хелен такие бары. Бездуховные они какие-то. Без искры.
— Ну и как тебе первые впечатления?
— Моя прабабка живее двигалась, когда полы мыла, — недовольно проворчала Хелен, придвинувшись ближе к Эрике, чтобы им не приходилось рвать глотки в попытках перекричать зал. — Только погляди на это, — шаманка указала находящимся у неё в руке стаканом виски на одного из танцоров, — что он делает своими бёдрами? Усыпляет толпу? «Следите за моим маятником»?
Махом осушив весь стакан, Хелен подлила ещё виски себе и своей соседке, вновь поднимая бокал.
— Не знаю, как тебе, а мне жарко стало только потому, что в этом душном зале не хватает места для моего собственного огня. Вот эти все, — вновь тыкая на сцену, возмущалась девушка, — холоднее трупа, и к их груди я бы присосалась, только если бы решила лизнуть ледышку на спор.

+1

12

Претензии Хелен к этому подобию на шикарное шоу были ясны – в самом деле, зрелище было крайне разочаровывающим. Таких танцоров можно на любой свадьбе найти с десяток, когда дядюшки начинают пускаться в пляс, или же когда эти же дядюшки решают тряхнуть стариной и сходить в ночной клуб… Эрика однажды это зрелище видела и впечатлений ей тогда хватило. Потом еще неделю хотелось схлопотать амнезию, чтобы эти танцульки в кошмарных снах сниться перестали.
  - Всецело понимаю тебя, - протянула Эрика, отсалютовав Хелен бокалом и сделав еще глоток. А после взяла меню и начала обмахиваться им, как веером.  Помещение действительно было душным. Освещение, которым можно было бы выжигать дыры в стенах, куча мебели, низковатые потолки и подиумы для танцев… И ни намека на кондиционер. Во всяком случае тот, что Эрика увидела, висел на стене без всяческих признаков жизни. - Ну не знаю, я бы лучше труп лизнула на спор, чем кого-нибудь из этой тройки… - еще раз окинув танцоров оценивающим взглядом, фыркнула шаманка и прикрыла глаза.
  Алкоголь медленно начинал брать свое, и оттого шаманку начинало тянуть на нежности.  Как в тот раз, когда ей захотелось погладить Эцио после коньяка. В голову после этого воспоминания незаметно завернула мысль о том, чтобы как-нибудь попросить своего жениха также станцевать. Вдруг у него получится лучше?  И, в случае, если ей понравится, погладить и покусать его можно будет абсолютно бесплатно.    Усмехнувшись, Эрика открыла глаза и снова уставилась на сцену. Там уже начинали драться между собой тетушки за эксклюзивное предложение: «смажь своему любимчику спину маслом». А вот это было уже куда интереснее!
- Смотри, смотри, они дерутся! – восторженно отметила Эрика, тыкая синевласую в бок и допивая виски залпом. – Ооо, смотри, в ход пошла тяжелая артиллерия! – Туфли на вид далеко за тридцать девятый размер, пролетевшие  куда-то в стену, по всей видимости, вместо чьей-то головы, явно подходили под это определение. Опешившие красавцы не решались ни танцевать дальше, ни вмешиваться, и лишь скромно держались в стороне, перешептываясь между собой и слегка хихикая. Видимо,  им не впервые наблюдать подобные баталии. – Идем отсюда, мало ли, что этим дамочкам в голову взбредет…
  Одной рукой схватив свою сумочку и накинув ее на плечо, а второй – бутылку с оставшимся виски, зеленовласая решительно направилась к выходу, невзирая на все увещевания официанта о том, что у них выносить ничего не принято, даже несмотря на то, что Эрика заплатила. Манчини в этот вечер была абсолютно не намерена разводить скандал и потому просто наградила официанта увесистым пинком. Пока тот злобно шипел, до последнего пытаясь перед камерой наблюдения соблюдать профессиональную этику, девушка уже оказалась на улице.
- Выносить у них ничего нельзя! Пусть спасибо скажет, что их заведение настолько убогое, что у них даже в качестве моральной компенсации взять нечего! – раздраженно проворчала она, потягиваясь. А ведь Эрика действительно могла бы взять, к примеру, стул, и унести его домой. Салфетницы, вилки  и солонки для лохов, наш уровень – крупные предметы. Не то что бы ей это было сильно надо… Просто из желания доказать, что она может это унести. Было нельзя? Унесу, автоматически станет доказано, что можно.
  Ночная прохлада после душного помещения остужала не только тело, но и душу, и потому уже после одного глубокого вдоха итальянка стало несколько спокойнее, отчего спустя несколько секунд меланхолично продолжила:
  – Вот позорище. Эти танцы должны будить в девушках желание! А они… Ну, разве что желание подремать. 
  В подтверждение своих слов Эрика потянулась и медленно покачала бедрами из стороны в сторону, разминаясь. Влево, вправо… Одновременно с этим на прекрасном Эричьем личике мелькает тень сомнения, а спустя пару секунд ее глаза загораются безумной идеей. Ну конечно, как же она раньше не подумала об этом?!
- Хел,  а я ведь тоже так могу… Причем в разы лучше чем они, - резко сокращая расстояние между ними, негромко произносит девушка. Сейчас между их лицами расстояние примерно с ладонь, а рука итальянки как-то сама по себе, ненамеренно сползает с талии на бедро. Игриво пошевелив бровями, Манчини чуть отдаляется и заговорщически шепчет:
- Хочешь, покажу?

+1

13

Едва ли Хелен можно было назвать искушённой сердцеедкой, которая за свою короткую жизнь повидала не один десяток обнажённых мужчин. Напротив, такую концентрацию оголённых торсов она наблюдала перед собой впервые, и, по правде говоря, от этого первого раза она ожидала чего-то более… Чего-то более.
Не придав значения весьма экстравагантному сравнению своей соседки — готовность лизать трупы выражал далеко не каждый, — Хелен угрюмо отпила из своего стакана, помутившимся взглядом изучая сцену. На языке оставался терпкий вкус дешёвого и явно разбавленного виски, и это вкупе с отвратительными танцами окончательно убило в шаманке всякое доверие к этому заведению. Пусть теперь молят всех богов, чтобы она не отправилась буянить, надеясь небольшим погромом компенсировать своё испорченное настроение. Тем более, что повод для этого нашёлся очень быстро.
— А? Дерутся? Где? — заглядевшись на висящую на стене чёрно-белую фотографию какого-то намасленного полуобнажённого качка, Хелен покрутила головой. И правда, драка! — Ух ты! А девицы-то не промах. Как думаешь, удастся кому-нибудь утащить себе одного для приватного танца?
Потасовка, развязавшаяся возле сцены, вернула в МакКорриган интерес к происходящему. Сев поудобнее, она перегнулась через стол и с живейшим видом юного натуралиста принялась разглядывать женщин, связавшихся внизу в единый визгливый клубок. То и дело снизу доносились возгласы вроде «Пошла вон!», «Стерва!», «Сучка крашеная», «Да я тебе все волосы выдеру, уродина!», и Хелен, наблюдавшая всё это, открыто веселилась. «Петушиные бои, иначе не скажешь», — с восторгом отметила она про себя. И забавляло её в первую очередь не то, как технично и яростно бились гневные женщины — дёрганные движения и испуганное размахивание руками во все стороны едва ли могли впечатлить бывалого бойца, — а скорее то, как эти милые интеллигентные леди готовы были разорвать друг другу глотки за возможность прикоснуться к прекрасному. «До чего они лицемерные», — усмехнулась Хелен. — «Каких-то десять минут назад они чмокали друг друга в щёчки и смущённо краснели при мысли о грядущем спектакле, а сейчас готовы глаза друг другу выдавить. Война войной, да, милые дамы?»
— Вот за это я и не люблю женские коллективы, — откинувшись обратно на спинку дивана, заявила шаманка. — Как помаду у тебя стрелять, так они все подруженьки до гроба, а как мужиков делить, так тут каждый сам за себя. Пойдём, нечего нам тут делать, — согласилась она.
Пробираясь к выходу, не успевшая вовремя юркнуть в сторону Хелен волей случая оказалась втянута ближе к сцене, едва не попав в центр схватки. И будь это настоящая драка в каком-нибудь баре,  девушка без лишних раздумий нырнула бы в неё щучкой, щедро раздавая удар за ударом. Но этот взрыв в курятнике ей интересен не был, поэтому, одарив толпу презрительным и надменным взглядом, девушка зашагала дальше, впервые в жизни уйдя от драки.
Вместо этого она подошла сбоку к сцене, возле которой сейчас было на удивление пусто, и поманила пальцем одного из танцоров. Тот, заметив этот жест, недоумённо переглянулся с товарищами, однако подошёл к краю сцены, видимо, заметив, что эту синеволосую девушку всеобщая истерия не захватила.
— В следующий раз, — оттянув пальцем край обтягивающих трусов, посоветовала Хелен, — воспользуйся автозагаром. Эту бледную полосу после солярия видела с другого конца зала даже я.
Со звонким «шлёп» отпустив резинку, МакКорриган развернулась и пошла прочь, самодовольно усмехнувшись. «А это — моя компенсация», — подняв руку на уровень груди, шаманка пошуршала зажатой между двумя пальцами стодолларовой купюрой, так беспардонно вытянутой у танцора из белья. Зарабатывать на то, чтобы посетить заведение получше, ей ведь как-то надо было, а деньги, как известно, не пахнут.
— Не беспокойся, я вынесла кое-что. Причём там, где никто этого не ожидал, — задорно помахала своей добычей Хелен, оказавшись на улице вместе с Эрикой.
Пока та разминалась, попутно ворча на разочаровавших их танцоров, Хелен развернулась лицом к стриптиз-бару и развернула купюру, подняв её так, чтобы свет неоновой вывески просвечивал через неё. «Вроде бы настоящая», — рассуждала она и увлечённо вертела бумажонку перед собой.
— Хел, а я ведь тоже так могу… Причем в разы лучше чем они.
— Чего? — недоумённо переспросила Хелен, так и застыв с поднятой над головой купюрой.
Не прошло и секунды, как Эрика уже оказалась на опасно близком расстоянии от МакКорриган и дыхнула ей спиртом прямо в лицо. «Да ты, дорогая моя, в зюзю», — тут же поняла Хелен, на самом деле не имея ничего против такого расклада.
— Покажешь, говоришь? — протянула МакКорриган, пряча сто долларов в задний карман своих брюк. — Ну, идём. Надеюсь, ты удивишь меня больше, чем они, — промурлыкала она.

+1

14

И почему они не встретились раньше? В этом городе Эрике определенно не хватало человека, с которым можно было бы разделить безумные идеи, подобные спонтанной пьянке или посещению каких-нибудь специфических мест. Интуиция и здравый смысл синхронно сошлись на том, что Эцио на эту роль абсолютно не подходит – изначально не подходил потому, что был слишком  скромным и бесполезным, теперь же потому, что стал слишком заинтересованным  в Эрике. Вообще мало какой мужчина (если такие вообще существуют) одобрит поход в заведение с непомерно высокими ценами на алкоголь для того, чтобы его мадам напилась, оглушительно повизжала, созерцая обмасленного мужика, или более того – пошла отдавать ему свои деньги, не упуская возможности потрогать танцора.  Вот на такие случаи и нужна отличная подруга, с которой и выпить можно, и посекретничать, и мужиков за торс полапать!
  - Тогда, вперед! Насладимся же этой свободной ночью сполна ~ - протянула Эрика, радостно покружившись на месте. – Не обламываться же из-за того, что эти ребята танцевать не умеют?.. Кстати, а ты любишь танцевать?
  Довольная своим приобретением в лице Хелен, Эрика бодро вышагивала по улице, держа ее за руку и мурлыча под нос какую-то песню, услышанную на радио. Пребывая в своем почти самом лучшем настроении, уже позабыв про вредного официанта, унылых танцоров и дерущихся за них теток, она не думала ни о чем, кроме того, как бы поскорее добраться домой. Несмотря на то, что ноги из-за каблуков начинали болеть, тело все равно желало поскорее пуститься в пляс, а горячая идея показать, что эта Эрика лучше каких-то щупловатых плясунов из второсортного клуба, разгоралась с каждым шагом все сильнее. И появившись так спонтанно, она абсолютно плевала  на то, что подобные танцы зеленовласая в своей жизни не практиковала ни разу. В конце концов, конкуренты были не настолько талантливыми, чтобы из-за этого сильно озадачиваться.
Зато задумалась Манчини посреди ночной прогулки о том, что она, вообще-то, дома живет не одна. И в самом деле, дома же кроме нее живет Эцио, который в такой час может  не спать, ожидая ее дома, например. Но это же Эцио. Он наверняка или тренируется, или спит так, что его не разбудишь… Главное сильно не шуметь. А они, две молодые и прекрасные леди, разве способны кого-то разбудить? Всего лишь тихонько посидят на кухне и выпьют. В этом же нет ничего такого?
  Так они не спеша дошли до места своего назначения и оказались перед дверью, ведущей в квартиру Эрики и Эцио. Прокопавшись в сумочке в поисках ключей около пяти минут, итальянка громко выругалась на родном языке, попутно хлопнув по злосчастной двери ладонью. Удивительно, но ключи нашлись почти сразу же! Шумно открыв дверь и не менее шумно захлопнув ее, после того, как Хелен была запущена в квартиру, девушка скинула с себя туфли и радостно похлопала в ладоши.
- Мы пришли! Заползай в гостиную, а я пока посмотрю, что там на кухне вкусненького завалялось… - протянула Эрика, указывая рукой в сторону гостиной и вручая Хелен трофейную бутылку, которую она всю дорогу несла в сумке.
  Покопавшись в шкафчике и выудив оттуда шоколадку, итальянка захватила из холодильника тарелку с бутербродами, и кокетливо покачивая бедрами, направилась в гостиную. Настроение ее с каждой секундой все сильнее укреплялось в своей позитивности.
- Чувствуй себя как дома, милая, - поставив угощения на кофейный столик, она выудила из шкафа два стакана под виски, усаживаясь на диванчик. – И прежде чем я исполню свое обещание, давай еще немного выпьем. Нечасто мне подворачивается такая хорошая компания для этого!
  «Потому, что ты раньше не пила, милая. И я считаю, что ты в последнее время зачастила… » - незамедлительно отозвался Самир. – «О времена, о нравы! В мое время тебя бы закидали камнями!»
«Хорошо, что я живу не в твое время и не в твоей стране!» - усмехнувшись, мысленно ответила
Эрика, опустошая стакан и надкусывая кусочек шоколадки.
  Откинувшись на спинку дивана, девушка обвела комнату взглядом. Приглушенный свет, исходящий лишь от парочки настенных светильников, полный мрак за окном и тишина, а перед ними алкоголь и легкие закуски. Романтика во всей красе!
  Она прищурилась, разглядывая сидящую рядом Хелен. Под влиянием полумрака ли, или же под влиянием алкоголя, но Эрика невольно про себя отметила, что на секунду она усомнилась в своей ориентации – все же синевласая была чертовски хороша! Как внешне, плавными чертами лицами лица и фигурой, так и характером – в ней чувствовался сильный и яркий характер, а таких людей итальянка очень любила.
  Опустив стакан на столик, Эрика встала с дивана для осуществления обещанного, и, обойдя столик, остановилась в центре комнаты. Очарование новой знакомой и еще немного виски хорошо подогрели ее энтузиазм.
  Без всяческого предисловия, невозмутимо и естественно, словно проделывает это несколько раз в день, девушка плавно начала танцевать нечто среднее между ламбадой, тем, что увидела в клубе и тем, что крутят по музыкальным каналам. От покачивания бедрами к элементам  какой-то попсовой хореографии, а после к волне всем телом, не забывая про плавные движения руками и хищный взгляд, устремленный на Хелен.  Даже без музыки, ограничиваясь тихим мурлыканьем песни себе под нос, итальянка двигалась достаточно ритмично и мягко. Наверное, это можно было бы даже соблазнительным назвать, если бы под влиянием алкоголя ее бы не вело куда-то в сторону…
  Эрика не совсем поняла, сколько она так выплясывала, пока в ее голову не закралась толковая мысль – стриптиз обычно танцуют в одежде из нескольких элементов, и в той, которая снимается легко. У нее же только платье, и то с идиотской молнией на спине, самой не снять.
Момент – и плавно покачивая бедрами, она подплывает к Хелен и, повернувшись к той спиной, томно произносит:
- Расстегнешь?

+1

15

Похоже, Эрика всерьёз прониклась идеей станцевать перед Хелен, испытывая некую смесь игривости и азарта. По крайней мере, так показалось МакКорриган, когда она увидела реакцию Манчини на её согласие. Можно было подумать, что сама Хелен в этом деле была уже бывалая, что не только девушки, но и парни каждый день по несколько штук выстраиваются перед ней и выплясывают эротические танцы, из-за чего занятие это шаманке уже изрядно приелось. Так невозмутимо и в какой-то мере даже холодно ответила шотландка на радостные восклицания Эрики, позволив себе лишь усмехнуться. На деле же внутренне Хелен испытывала небывалый интерес и такой же немалый азарт. Но все эти эмоции, подобно хищнику саванны, затаились внутри неё, словно в засаде, настороженно выжидая момента для того, чтобы рывком вырваться наружу. И это хищническое предвкушение, этот живой, но затаившийся интерес был, пожалуй, чувством ещё более сильным, чем открыто выраженный восторг.
— Чем выше градус алкоголя в крови, тем больше страстных увлечений у меня обнаруживается. Не поскупись на добрый виски, и я тебе хоть на Эверест без страховки полезу, не то что станцую. Хотя особых пристрастий к танцам я никогда не испытывала, окажись музыка достаточно заводной — я могу пойти вразнос.
Такой Хелен и знали в её родном городе. Авантюрной и охочей до развлечений, способной нырнуть с головой в любой омут, если он покажется ей достаточно увлекательным. Такой она была многие годы до того, как ей пришлось встать на замену младшему братцу, такой она умудрилась остаться даже после того, как ей пришлось пройти через годы изнуряющих тренировок. Такой она останется всегда.
Да только раньше у неё не было балласта в виде Фитцпатрика, который ждал её дома и нуждался в том, чтобы сестра хотя бы деньги ему заносила, не то что еду. Раньше ей не нужно было думать о том, что дома её кто-то ждёт, кто-то нуждается в ней. Раньше ей не нужно было нести ответственность ни за кого, кроме себя. И со своим нынешним положением Хелен до конца ещё не смирилась. Всё никак не могла привыкнуть к тому, что свои собственные желания и авантюрные увлечения нужно засунуть поглубже в задницу, вспомнив, наконец, что в Чикаго она отныне не одна, и если с ней что-нибудь в эту ночь случится, Фитцпатрик останется в полном одиночестве посреди бушующего мегаполиса. Что Фитцпатрик не выстоит без неё.
Вспоминая об этом, Хелен каждый раз чувствовала болезненный укол совести. Чувствовала себя тварью, бросившей существо, роднее которого у неё не было никого в целом свете. Тварью, наобещавшей с три короба, а теперь не желавшей выполнять и сотой доли того, в чём клялась брату перед отъездом. Завравшейся, трусливой, жалкой тварью.
И всё же, она входила в открытую Эрикой дверь, тихонько разувалась в коридоре и проходила дальше в гостиную, когда ей давно уже надо было развернуться и стремглав помчаться прочь, домой, к брату. Входила вместо того, чтобы уйти. Отворачивалась от него, вместо того, чтобы броситься к нему навстречу.
«Ну, что поделаешь, братик», — горько усмехнулась своим мыслям Хелен, приложившись к бутылке и принявшись разглядывать взятую с ближайшей полки безделушку. — «Такая уж у тебя сестра. Бывают и хуже, знаешь ли, так что тебе даже немного повезло». Оправдывать себя она всегда умела. Или врала самой себе, что умела.
«Впрочем, я знаю: ты простишь меня. Ты всегда прощал», — плюхаясь на диван, одной рукой шаманка набирала короткую смс-ку с предупреждением о том, что сегодня она, возможно, не будет ночевать дома, а другой вновь поднимала початую бутылку к губам. — «Прости меня и в этот раз, honey».
Сделка со своей совестью в очередной раз была скреплена внушительным глотком виски, и Хелен почувствовала немалую долю облегчения. Сегодня её это больше не будет беспокоить. Не должно.
— Не упади посреди танца, красавица, иначе я почувствую себя вдвойне разочарованной, — отшутилась Хелен, однако рюмки всё же наполнила, одну протянув Эрике, а другую сразу же опрокинув в себя, следом отправив кусок шоколадки. Никакого нового эффекта девушка не почувствовала: очевидно, пронять шотландку было не так-то просто.
Впрочем, выпитого вполне достаточно было для того, чтобы девушка по достоинству могла оценить предстоящее зрелище. Поудобнее усевшись на диване, Хелен с интересом принялась наблюдать за тем, как Эрика демонстрировала своё танцевальное искусство, изгибаясь весьма изящно и, надо признать, соблазнительно. Отправив в рот ещё кусок шоколада, МакКорриган не удержалась от того, чтобы игриво и с вызовом дёрнуть бровью, когда покачивания бёдер стали выглядеть ещё более манящими. Хороша, чертовка, нечего сказать, и, будь Хелен парнем, она бы давно уже попыталась завалить Эрику на лопатки, даже не став дожидаться кульминации шоу. А будь она очень-очень терпеливым парнем, она бы определённо почувствовала томительное тянущее ощущение внизу живота, с трудом удерживаясь на месте. Но Хелен была девушкой, и хотя бушующей страсти она пока не испытывала, разливающееся по телу жгучее чувство ей определённо нравилось.
— Расстегнёшь?
На короткое мгновение Хелен замерла в раздумьях, словно здесь и впрямь нужно было принять взвешенное решение. Но думы её длились недолго, и уже через секунду девушка властно притянула Эрику к себе за талию, усадив на колени. Обнимая итальянку одной рукой за пояс, другой рукой МакКорриган легко и быстро расстегнула молнию у неё на спине, оказавшись лицом в опасной близости от её шеи. Несколько протяжных вдохов — и жгучее, пламенное дыхание Хелен отпечаталось на коже Эрики, пока губы находились в томительных миллиметрах от поцелуя. Ещё пара движений, приглушённый скрип молнии, уперевшейся в замок у самой поясницы Манчини — и Хелен целует её там, где шея соединяется с плечом. А после — отпускает, слегка качнув ногой и словно говоря тем самым: сначала — выполни уговор.
Удиви меня.

+1


Вы здесь » Shaman King: The Third » Личные эпизоды » Интим и гербалайф не предлагать


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC